«Мы не сирийские повстанцы». Военный эксперт о кадровых ротациях оккупантов и планах наступления РФ на Донбассе — интервью
Кадровые ротации российских оккупантов кардинально не изменят ситуацию на востоке Украины, ведь ВСУ значительно мощнее, чем сирийские повстанцы, против которых вел боевые действия генерал Дворников, рассказал в эфире Радио НВ Николай Белесков, аналитик Национального института стратегических исследований.
Поддержи НВ https://www.youtube.com/embed/SGIAOyAS7YI
— Приведу вам одну публикацию и для понимания нашим слушателям в частности. Например, издание The Times накануне выходит с такой информацией: Россия пытается собрать силы, которые будут превышать по численности украинские войска на Востоке в пять раз. И говорит о том, что некоторые западные источники, с которыми пообщалось издание The Times, говорят, что наступление начнется до конца этой недели. Какие ваши прогнозы?
Видео дня
— В плане начала активных боевых действий есть две разные версии. Конечно, российское политическое руководство будет толкать военное, генерала Дворникова или его подручных низшего ранга, возможно, начинать как можно скорее, потому что, может, действительно есть привязка к 9 мая, попытка дать соответствующую победу. Но если бы операцию готовили серьезно, то двух недель, пожалуй, мало для того, чтобы перетянуть силы, которые были на Севере Украины, создать там резервы, перегруппировать силы. Когда начнется этот вопрос для меня, политические расчеты могут сыграть в пользу Украины, дав правильно подготовиться в полной мере. Но то, что ждет большое сражение в районе Операции объединенных сил и на флангах, это, конечно, безусловно. При этом всем преимущество в живой силе уже сейчас не является ключевым. Сейчас имеющиеся ключевые преимущества — это в огневой мощи, в разведке, в ситуационной осведомленности. Если они будут делать ставку на количество, это им не поможет, дорого будет стоить. Если они будут пытаться реализовать свои количественные преимущества в артиллерии, авиации, это уже другой вопрос, здесь вопрос координации и т. д.
— А если говорить о сценариях, какие существуют сценарии этого сражения?
— Сценарий довольно прост: с одной стороны те соединения, которые у нас есть в Операции объединенных сил, то есть те, которые стоят от Рубежного и дальше на юг, их российские силы будут пытаться связать боями. А параллельно, конечно, на флангах Операции объединенных сил, из района Изюма на Север, с юга от района Угледар — Курахово будут пытаться параллельно прорвать нашу оборону быстро и осуществить так называемый охватывающий удар для того, чтобы оцепить нашу группировку. Но давайте вспомним несколько моментов, что рисовать стрелки с глубокими ушибами гораздо легче в теории, чем сделать это на практике. И вообще проектировать силу на суше — это очень и очень тяжело. а второй момент: мы ведь тоже не будем сидеть, сложа руки. Наша оборона будет носить всегда активный характер, и мы не дадим нашему противнику переиграть нас в так называемом маневрировании. Поэтому планы врага могут быть любые, но мне кажется, что мы уже видели на примере битвы за Киев, которая разворачивалась на правом и на левом берегу, насколько эффективно мы можем выстраивать оборону, провести стратегическую операцию и показывать лучшие образцы активной обороны.
— Я так понимаю, что Россия недавно сменила командование, этого Дворникова называют " Мясник". Почему-то военные эксперты называют его мясником. Вы можете о нем чуть-чуть рассказать, почему именно на него Кремль поставил ставку?
— Всех российских военных можно назвать " Мясником", потому что они не умеют воевать качественно, они только берут количеством сил, количеством средств. «Мясником», насколько я понимаю, его называют после командования российской группировкой в Сирии, когда он не считался ни с жертвами со своей стороны, ни с жертвами среди гражданского населения, ни с другой стороны также не считался ни с чем, чтобы достичь соответствующих целей. Но, во-первых, один человек не решает ничего, абсолютно, даже если бы у него был классный опыт, но опыт Сирии нерелевантный, потому что у нас война высокой интенсивности, у нас есть тяжелое оружие и мы отнюдь не сирийские повстанцы, воевавшие против Башара Асада. Его сирийский опыт не уникален, не является релевантным, совсем другая ситуация, в Сирии Россия спокойно доминировала в небе. Мы видим, 50-е сутки войны и Россия не доминирует в нашем небе, и многие другие факторы. Война — это всегда взаимодействие многих людей и не только на поле боя, там есть система управления, обеспечения и т. д. Именно его предназначение не решает проблем координации родов и видов войск, не решает проблем логистики, разведывательного обеспечения и других. То есть само по себе это предназначение не означает, что будет какой-то гарантированный успех, особенно если не дадут систематически подготовиться, а Кремль будет толкать. " начинайте как можно раньше, потому что нам нужна победа до 9 мая". Поэтому имидж, который у него есть или который ему приписывают в значительной степени преувеличенный. И тот опыт, который есть у Валерия Залужного, в десятки раз превалирует опыт Дворникова в борьбе с сирийским гражданским населением.
— Как понять, что это сражение, о котором все говорят, сражение на Востоке, началось? Это будет наступление по всем фронтам, будет ли активно работать авиация или это будут какие-то провокации? Как это может выглядеть?
— Вы верно определили, просто будет другая интенсивность боевых действий. Сначала им нужно будет прорвать нашу оборону, чтобы прорвать нашу оборону, им нужно будет пожать нашу оборону за счет артиллерии и авиации, то есть совсем другое массированное использование. Утаить это в современную эпоху будет очень и очень трудно, об этом напишут, во-первых, и наши военные, которые нас постоянно информируют; во-вторых, я думаю, будет вал видео на соответствующую тему, что россияне начали артиллерийскую подготовку, пытаются штурмовать наши позиции. Это будет классика, как это происходило во Вторую мировую войну, в Первую мировую войну, с которыми следует сравнивать это сражение по масштабам. Просто возрастет интенсивность боев и в рамках выполнения соответствующих задач будет массировано использование артиллерии, авиации, затем последует бронетехника при поддержке артиллерии и авиации. Как это было во Вторую мировую войну, что сначала нужно прорвать оборону противника, а затем развивать успех и пытаться оцепить своего противника. В теории все это звучит легко, на практике это организовать гораздо сложнее. Наша оборона будет носить активный характер, мы будем наносить поражение на всю глубину российской боевой постройки, то есть все, что у нас есть, ракетные, артиллерийские, авиационные системы. Далее мы имеем одно из самых больших плотностей противотанковых средств в мире, россияне встретятся и поймут, как трудно прорвать оборону с такой плотностью средств. Явно готовятся соответствующие рубежи обороны, к которым мы можем переходить с одного на другой, выматывая наступательный потенциал противника. Готовятся резервы, которые будут отправляться в нужное место на нужное направление. Поэтому даже если враг сделает определенные вклинения, этого исключать нельзя, во-первых, это будет очень дорого стоить, но мы будем его постоянно выматывать, будем его бить по флангам, будем бить в тылу, это тоже будет активно практиковаться нами. То есть будем бить по фронту, будем бить в тылу, будем сохранять максимум наши силы. Если потребуется, будем менять территории на время, где-то отступать, но с боями отступать, конечно, выматывать потенциал противника, сохранять силы. И, наконец, когда этот потенциал будет вымотан, мы отбросим противника на те рубежи, которые были с самого начала, как это имело место на Севере Киева.
— Вы такой прогноз даете повсюду по всей линии фронта даже Херсонщина?
— Я сомневаюсь, что параллельно россияне где-нибудь будут заниматься столь же активными наступательными действиями. Понеся значительные потери на севере Украины и вообще в первой фазе российско-украинской войны, я сомневаюсь, что кроме Операции объединенных сил и на флангах Операции объединенных сил у них будут столь наступательные действия. Конечно, боевые действия будут продолжаться и там, но основное внимание будет на Востоке Украины. Как раз на стыке трех областей ( Николаевская, Херсонская и Днепропетровская) мы видим тот пример, когда уже враг переходит к обороне, когда мы его жмем. Ситуация там в значительной степени стабилизировалась в нашу пользу и за неимением сил основное, где они будут действовать — это в районе Операции объединенных сил.
— Если говорить о главной цели, главной цели России в этом сражении, это что: захват больших городов ( Харьков, Днепр, Николаев), можно так очертить или нет?
— Сами по себе города не цель, кроме, конечно, такого большого города как Киев по понятным причинам. Основное — это уничтожение враждебных сил. Если ты уничтожил вражеские силы, значит, ты, во-первых, создал " дыру" в его обороне, которую как-то нужно будет латать, чтобы создать там какой-то новый фронт, условно говоря; а во-вторых, уничтожив вражеские силы, ты создаешь инструмент давления, у тебя есть возможность диктовать ему свою волю. Поэтому и нацелены на Операцию объединенных сил, потому что там у нас значительная группировка, значительные силы и в воображении россиян может быть именно то, что попытавшись оцепить и уничтожить эти силы, они получат большой козырь в переговорах и совсем другие рычаги давления. Территории сами по себе не ценны, мы опять же извлекли хороший урок, мне кажется, в первой фазе войны, что захват самих территорий без разгрома основных сил врага не дает ничего, он только истощает ту армию, которая ведет наступательные действия. Если не происходит разгрома врага, происходит только так называемое отвержение его сил на новые рубежи, то это самый ошибочный способ ведения войны, самый рагульный, извините на слове, но это так, потому что ты только истощаешь себя, а не достигаешь ключевых целей. Поэтому основное — это вражеские силы, поэтому они нацеливаются именно на ООС, потому что там действительно значительные силы как по фронту, так и на флангах.
— Насколько истощена российская армия и на какой процент сейчас истощенные солдаты могут быть заменены новыми и мотивированными? Потому что я вижу из новостей, что в России проходит так называемая скрытая мобилизация, накануне Владимир Зеленский сообщил, что Россия начала так называемую мобилизацию на оккупированных территориях юга Украины и территориях Донбасса. Что с личным составом русской армии?
— У них только та армия, с которой они начали боевые действия, мы нанесли им поражение частично или полностью, они потеряли 40% боевого потенциала. Частично они его, конечно, восстановят, но без реальной мобилизации, которая даст эффект только через шесть месяцев, дополнительного боевого потенциала не будет. Россияне сейчас пожинают плоды того, что они решили создать в свое время компактную и профессиональную армию, потому что мы увидели профессионализм. Имеющихся сил оказалось недостаточно на то, чтобы вести масштабные боевые действия по всем направлениям и в первой фазе, и сейчас. Почему они выбирают себе менее масштабную цель? Потому что возможности быстро нарастить усилия нет, и они просто вынуждены воевать тем комплектом сил, который у них остался. Конечно, может, еще какие-то батальонно-тактические группы частично они сформируют, потому что около Украины на 24 февраля было где-то до 120 батальонно-тактических групп, в целом в России их до 160. Возможно, какие-то они сформируют, но без открытой мобилизации, без дальнейшей подготовки, без перевода страны на военные рельсы, таким темпом сжигания ресурсов, который был в первые 50 дней войны, надолго российской армии в том формате, как есть, не хватит.
— Была информация о том, что в приграничных с Украиной российских регионах объявлен где-то желтый, а даже красный уровень террористической опасности. Что они хотят этим сделать, объявляя уровень террористической опасности у себя в регионах?
— Я могу только предложить то объяснение, которое было дано Главным управлением разведки Генштаба: они таким образом проводят мероприятия, чтобы скрыть свое перемещение сил, развертывание сил, чтобы усилить безопасность на железных дорогах, попытаться усилить и соответствующий режим, чтобы не было съемки и т. д. и параллельно, например, задействованы комплексы РЭБ, глушащие мобильную связь и усложняющие возможность съемки, публикации соответствующих вещей. Поэтому пока только так. И вообще боевые деяния затрагивают пограничные области русской Федерации, естественно, обязаны также проводиться соответствующие мероприятия. Например, есть такое понятие, как прикрытие границы, как проводится белорусами с их стороны границы, определенные мероприятия тоже должны проводиться, но насколько я понимаю, эти мероприятия проводятся в контексте обеспечения скрытого перемещения дополнительных российских сил, снятых с Севера Украины.
— Вероятность, что Беларусь официально вступит в эту войну, еще сохраняется или это уже пройденная история?
— Мне кажется, если россияне не будут пробовать снова действовать вокруг Киева, то представить, что белорусские войска попытаются решиться сделать то, что не смогли сделать российские войска, имея меньший потенциал в разы, — это как-то выглядит сюрреализмом. Возможно, какое-то скрытое использование белорусских сил, такое гипотетически может быть скрытое использование. А так представить, что Минск решится на то, что не получилось у российских вооруженных сил, нужно быть суицидником полным.
— Есть еще одна информация, это уже опубликовала программа Схемы ( Радио Свобода), они получили спутниковые снимки и говорят, что количество российских истребителей и бомбардировщиков на аэродроме Липецк-2 в Липецкой области, это рядом с восточной границей Украины, увеличилось вдвое по сравнению с концом марта. Схемы говорят, что сейчас там находятся более 30 военных самолетов. Это много?
— Очевидно, это лишь часть сил, которые пытаются сконцентрировать. Когда готовятся к масштабной наступательной операции, обычно стягивают все, что можно, то есть пытаясь обеспечить авиационную поддержку. И явно 30 — это лишь часть, потому что до начала боевых действий речь шла о нескольких сот различных авиационных систем. и, несмотря на то, что мы нанесли значительное поражение, у россиян еще силы остаются. Но возвращаясь к поражению, мы уже видели примеры, когда от ПЗРК падают новейшие российские истребители, истребители-бомбардировщики. Поэтому, ПЗРК не заменят собой систему ПВО с помощью истребителей, с помощью зенитно-ракетных комплексов средней дальности; но в значительном количестве они точно снизят эффективные средства воздушного приступа. Плюс к тому, российская армия — это не армия стран НАТО, там в вопросе координации применения авиации в интересах наземных группировок не все так радужно. Поэтому то, что они концентрируют, основной вопрос — это, конечно, российская артиллерия, не авиация. Авиация играет вспомогательную роль в системе огневого поражения, самое главное — это артиллерия. Плюс мы все-таки имеем соответствующие средства, чтобы снизить эффективность использования вражеских авиационных систем.
— The Wall Street Journal со ссылкой на неназванные источники в Пентагоне пишет о том, что администрация Джо Байдена делится и будет делиться с Украиной данными разведки, которые помогут Киеву поражать цели в оккупированном Крыму и на неподконтрольных территориях Донбасса. Это что-то новое, не правда ли?
— Разведывательная информация нам так или иначе предоставляется, в частности, она предоставлялась по пускам осуществлявшихся ракет. Даже если они будут нам предоставлять информацию, с одной стороны это, конечно, хорошо и классно, но наряду с информацией ты должен иметь серьезные средства поражения. Да, мы их имеем, но давайте откровенно, не в том количестве, в котором хотелось бы иметь. Поэтому наряду с разведывательными данными хотелось бы, чтобы Украине передавались системы поражения не только артиллерийские, но и ракетные, потому что по режиму контроля за ракетными технологиями нам могут гипотетически передать ракетный комплекс дальностью до 300 километров. и тогда будет лучшая ситуация, потому что одни разведданные без возможности их реализовать, не столь классны, чем когда есть все элементы для того, чтобы отработать по разведанной цели.
— Вчерашняя история с крейсером Москва, можете прокомментировать, как велика победа для Украины в этой войне?
— Я могу сказать, что мы видим примеры, почему нужно инвестировать в управляемое ракетное вооружение с соответствующей дальностью, и не только для морских целей, потому что Нептун — это исключительно морская история, но и для наземных целей. Конечно, это мощная символическая победа, это символ того, что наш оборонно-промышленный комплекс имеет соответствующий потенциал, потому что это разработка, созданная уже с начала российско-украинской войны. И конечно, теперь российские корабли будут не так близко к украинским берегам, как минимум артиллерийские обстрелы они уже, пожалуй, точно не будут практиковать. Поэтому это важное дело по многим причинам, но опять же, конечно, хотелось бы больше таких вещей.
— Это очень дорогая потеря, правда?
— На самом деле это устаревший крейсер, это советская система, созданная для борьбы с авианосцами, авианосцев у Украины нет. Для нас основная проблема сейчас — это те корабли, которые являются носителями крылатых ракет Калибр, это фрегаты, малые ракетные корабли, подводные лодки. Вот если бы их можно было уничтожить, тогда бы угроза нанесения ударов морскими платформами уменьшилась бы. Это такой обломок советского флота, очень красивый, но его функциональность, его релевантность, особенно с точки зрения действий в Черном море, была сомнительной.
— И позвольте все-таки еще спросить вас о Мариуполе, это, наверное, сейчас тема № 1, и в частности потому, что очень много жертв. Когда Арестович в последний раз говорил, что деблокада Мариуполя невозможна, что скажете вы?
— Я могу только повторить слова верховного главнокомандующего о том, что если бы у нас было больше вооружения, тяжелого вооружения, конечно, тогда бы у нас были другие возможности. А так мы вынуждены действовать в условиях тех объективных ограничений, которые есть. Сердце и эмоции подсказывают и говорят одно, разумеется, мы воспринимаем так. Но мы живем в системе координат, за которую выйти очень тяжело, потому все зависит от наших партнеров. В условиях, в которых мы есть, мы делаем максимум возможного.
Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.